Принудительные меры дали свои результаты: к 1 марта 1930 г. в СССР более 50 % крестьянских хозяйств оказались в колхозах (в БССР - 58 %). Неизбежным результатом такой политики стал открытый протест крестьян вплоть до вооруженных выступлений (только в БССР в 1930 г. было зафиксировано более 500 крестьянских выступлений против колхозов). Весной 1930 г. давление на крестьян было временно ослаблено. Однако осенью 1930 г. началась новая волна массовой коллективизации, сопровождавшаяся еще большими масштабами насилия. В итоге к концу пятилетки в колхозах БССР оказалось 43 % крестьян (в СССР - 60 %).

В годы второй пятилетки главным содержанием партийно-государственной политики в деревне стали переход в наступление на единоличника (целенаправленное вытеснение единоличника как социального слоя) и организационное укрепление колхозов. В 1937 г. колхозы республики объединяли 87,5 % крестьянских хозяйств. От 10 до 12 % крестьянских хозяйств было «раскулачено», а их хозяева вместе с семьями выселяли за Урал и на Крайний Север. К концу 30-х гг. произошло некоторое оживление сельскохозяйственного производства. Объем валовой продукции сельского хозяйства, который резко понизился в 1929-1933 г., к концу 1940 г. в основном достиг уровня 1928-1929 гг. При этом государству удалось добиться «перекачки» средств из деревни в город на нужды индустриализации, что и было главной целью проводившейся в 30-е гг. массовой форсированной коллективизации сельского хозяйства.