Как всякая деятельность, развивающаяся в соприкосновении с обществом в целом и его разнородными элементами, журналистика не может не подчиняться определенным нормам и правилам. Она оказывает сильное влияние на течение социальных процессов, а также на жизнь конкретных людей, и именно поэтому необходимы механизмы, более или менее строго регулирующие ее активность. Регулирование осуществляется как извне, так и изнутри системы СМИ. Ключевым понятием для решения вопроса о том, что дозволено прессе и что не допускается, является свобода печати – в такой формулировке данный вопрос уже не одно столетие ставится в литературе и общественной практике, которых отнюдь не занимает приоритетного положения.

В связи с данной темой коснемся запутанного вопроса о первом нормативном акте по вопросам прессы в России после февральской революции — Декрете о печати (1917). Временное правительство объявило, что печать свободна. Однако нормативно-правовой подход к прессе не восторжествовал на практике.[7, 237]

У вопроса о Декрете есть две стороны – это юридическое содержание и практика применения. С правовой точки зрения он соответствует тем нормам, которые можно было бы назвать естественными ограничениями, накладываемыми на деятельность прессы. Согласно Декрету, Временное правительство ввела контроль над прессой, который прослеживал всю прессу.

И в случае нарушения были назначены штрафы и всяческие административные воздействия на печать.

Ниже я привожу пример содержания данного закона.