Вторая мировая война оказала свое влияние не только на экономическую жизнь страны, но и на духовную. В идейно-политической сфере она вызвала ослабление надзора, увеличивала число неконтролируемых идейных движений, особенно среди тех, кто в течение нескольких лет находился за пределами системы (в оккупированных районах или в плену), в национальной среде и интеллигенции.
С возвращением к мирной жизни власти попытались, действуя чаще всего жестко, восстановить контроль за умами. Обращение с военнопленными, репатриированными в СССР, уже с лета 1945 года свидетельствовало об ужесточении режима. В целом, только около 20% из 227 тысяч репатриированных военнопленных получили разрешение вернуться домой. [4, с. 338] Большинство же бывших военнопленных были или отправлены в лагеря, или приговорены к ссылке минимум на пять лет, или к принудительным работам по восстановлению разоренных войной районов.
Такое обращение было продиктовано подозрительностью, что рассказы репатриированных о пережитом будут слишком расходиться с тем, что официально выдавалось за правду.
Возвращение в состав СССР территорий, включенных в него в 1939–1940 гг. и остававшихся в оккупации в течение почти всей войны, во время которой там развились национальные движения против советизации, вызвало цепную реакцию вооруженного сопротивления, преследования и репрессивных мер. Сопротивление аннексии и коллективизации было особенно сильным в Западной Украине. Масштабы движения против СССР на этой территории были таковы, что Советский союз был вынужден подписать в мае 1947 года соглашение с Польшей и Чехословакией о координации борьбы против украинских «банд».
Окончательно Западная Украина была покорена только в 1950 году после проведения там коллективизации, переселения целых деревень, депортации, ссылки или арестов около 300 тысяч человек (с1945 по 1950 г.). [4, с. 339] Эта цифра включала тех, кто сотрудничал с немцами, повстанцев и простых крестьян, которые сопротивлялись коллективизации или поддерживали партизан из Украинской повстанческой армии.
В прибалтийских странах советские власти, прежде чем приступить к коллективизации, провели депортацию «классово враждебных» элементов, конфисковали земли крупных собственников, которые были распределены среди бедных крестьян, подавили сопротивление аннексии со стороны вооруженных групп партизан. Насильственная коллективизация была проведена в два года (1949–1950 гг.). В 1950 году было коллективизировано в Латвии – 90,8% хозяйств, в Литве – 84%, в Эстонии – 76%. [4, с. 340] Ликвидация была проведена по той же модели, что и во всей стране.
26 июня 1946 года «Известия» опубликовали указ о высылке за коллективное предательство чеченцев, ингушей и крымских татар, ликвидации Чечено-Ингушской Автономной республики, а также «разжалование» Крымской автономной республики в Крымскую область. На самом деле депортация этих и других не названных в указе народов была произведена уже за несколько лет до этого. Указ от 28 августа 1941 года объявил о переселении немцев Поволжья под предлогом наличия среди них «диверсантов» и «шпионов».
С октября 1943 года по июнь 1944 года за «сотрудничество с оккупантами» были депортированы в Сибирь и Среднюю Азию шесть других народов: крымские татары, чеченцы, ингуши, калмыки, карачаевцы, балкарцы – всего по архивным данным более 700 тысяч человек. [4, с. 340] В течение примерно десяти лет депортированные народы официально как бы не существовали. В июле 1949 года насчитывалось более двух с половиной миллионов спецпереселенцев. Из них немцы составляли основной контингент (1,1 млн.), «бывшие кулаки» – небольшую долю репрессированных (5% общего числа). [4, с. 340]