В феврале 1940 года Махатма Ганди и его жена Кастурбай навестили поэта в Шантиникетоне – это была последняя встреча подвижника и поэта. Тагор устроил приём в их честь в красивой манговой роще Шантиникетона и в приветственной речи отдал дань уважения человеку, о котором он ранее писал как о «великой душе в лохмотьях нищего».
5 апреля поэт перенёс тяжёлую утрату – смерть своего преданного друга И. Ф. Эндрюса.
Как и в прежние годы, поэт провёл часть лета в Мангпу и Каммпонге. В Мангпу его застало известие о новой потере – последней тяжкой потере, которую пришлось ему перенести в жизни. Его любимый племянник Шурендранат скончался в Калькутте. Получив печальное известие, Тагор просидел весь день неподвижно, не произнося ни слова. Тяжёлые переживания вылились в кратком и сильном стихотворении. Смерть Эндрюса и смерть Шурендраната напомнили ему, что скоро придёт и его срок. Поэт описывает себя сидящим на берегу реки в ожидании прибытия парома, который должен перенаправить его на другой берег. В сознании его звучат слова: «он уже недалёк, недалёк».
В маленькой горной деревушке Мангпу в величественной простоте встретил Тагор день своего восьмидесятилетия. Утром поздравить поэта пришёл старый буддийский монах-непалец. А вечером хозяйка дома, в котором гостил Рабиндранат, пригласила местных жителей на ужин. Они принесли с собой охапку цветов. Этот жест признательности безграмотных бедняков, никогда не читавших ни строчки его стихов, глубоко взволновали поэта.
Тагор с болью и гневом узнавал, что страны, которые он навещал, которые полюбил, которыми восхищался, переживали ужасы войны. Он чувствует себя униженным и несчастным, но не гневается и не проклинает. Он погружён в возвышенные раздумья, пытаясь увидеть все людские неправые деяния в широкой перспективе истории. Он не может подвергнуть сомнению будущее человека.
7 августа 1940 года Оксфордский университет провёл специальное собрание в Шантиникетоне по случаю присуждения Тагору докторской степени (honoris causa).
3 сентября он присутствовал на празднике дождя в Шантиникетоне в последний раз. Посетив Калькутту, где его обследовали врачи, он отправился в Калимпонг в надежде восстановить силы среди величественной природы осенних Гималаев. Лишь неделю ему суждено любоваться своей любимой порой года. Это последняя неделя полного отдыха, когда он, покоясь в кресле, купался в золотом солнечном свете и наблюдал, как синева небес сливается с синевой горных вершин.
26 сентября он внезапно снова потерял сознание, как три года назад в том же месяце в Шантиникетоне. Как и во время предыдущего приступа, ему не смогли оказать должной медицинской помощи, потому что Калимпонг ещё дальше от Калькутты, чем Шантиникетон. Пока не приехали вызванные из Калькутты доктора-индийцы, близкие Тагора умолили врача-англичанина из Дарджилинга посетить больного. Он нехотя явился и, осмотрев пациента, поставил диагноз – инфекция в почках, и настаивал на необходимости срочной операции, чтобы спасти жизнь больного. К счастью, врачи из Калькутты прибыли вовремя, чтобы отказаться от его услуг.