В результате опыта, приобретенного до сражений по плану «Барбаросса», производство обоих видов легких танков, Pz I и Pz II, было прекращено, за исключением выпуска самоходных артиллерийских установок и специальных противотанковых машин, использовавших шасси. На большинстве танков Pz III были установлены более совершенные 50-мм пушки вместо прежних 37-мм. На «тяжелом» танке Pz IV оставалась короткоствольная 75-мм пушка.
Хотя эти танки и были адекватными для кампаний до вторжения в Советский Союз, как оказалось, эти образцы военной техники сильно проигрывали в боях с советскими танками с более мощной броней, такими как Т-34 и KB, когда впервые столкнулись с ними лицом к лицу в июне 1941 года.
В июне 1941 года Красная армия имела в западных округах 967 танков Т-34 и 508 KB, большинство из которых оказалось в числе потерь из-за неопытности экипажей и неправильной тактики применения. Когда эти танки использовали должным образом, они наводили ужас на войска стран оси, у которых не было противотанковых орудий, способных пробивать их броню, особенно броню KB и наклонную лобовую броню Т-34. Только одно орудие могло надежно остановить их. Им была легендарная 88-мм пушка, зенитное орудие, которое, как обнаружили немцы, была эффективным истребителем танков. 50-мм противотанковая пушка была недостаточно эффективной. Длинноствольная 75-мм противотанковая пушка была хороша, но последних двух орудий в то время было немного.
К осени 1941 года немцы признали тот факт, что танки Pz III и Pz IV нуждались в дальнейшем усовершенствовании с целью превосходить советские танки — с учетом того опыта, который немцы уже приобрели. Оба типа танков должны были выпускаться с более толстой броней, a Pz IV должен был иметь длинноствольную 75-мм пушку в качестве своего основного вооружения; башня танка Pz III была слишком мала для того, чтобы приспособить ее для этого орудия.
Полезные в деле повышения качества танкового вооружения, эти меры были лишь латанием дыр; было крайне важно, чтобы такие танки выпускались в достаточном количестве, чтобы сравняться в численности с танковыми силами Красной армии. Производство советских танков было более масштабным, чем у стран оси, даже тогда, когда оно было подорвано наступлением немцев в 1941-1942 годах. Танковые заводы были эвакуированы по железной дороге на новые места — на Урал и в Кузбасс, где были произведены разгрузка и монтаж их оборудования и снова за невероятно короткое время налажено производство, хотя какой ценой в человеческих жизнях — никто никогда не узнает. Потери в танках Pz IV в течение 1941 года были восполнены к апрелю 1942 года, но общего количественного роста германских танковых сил не произошло.
Причиной невысокого уровня военного производства, в том числе танков, было отчасти желание Гитлера не допускать сколько-нибудь основательного нарушения основ жизни граждан Германии, в особенности привлечения к работе на военных заводах немецких женщин. Однако во второй половине 1942 года, когда вермахт отчаянно нуждался в новых солдатах и всех видах вооружений, оставался только один путь преодоления недостатка в рабочей силе: привлечение «рабочих-добровольцев», набранных на завоеванных территориях Европы. Первоначально эта рабочая сила набиралась на добровольной основе, но вскоре это стало повинностью и обязанностью. О результатах такого набора рабочих в наиболее деликатные и жизненно важные отрасли промышленности можно было судить только по числу бракованного оружия, которое попадало в руки ничего не подозревавших солдат боевых подразделений. Но импорт иностранной рабочей силы позволил Германии наконец отказаться от работы в одну смену на многих оружейных заводах. Но даже с ростом производства в ноябре 1942 года было выпущено только 100 танков Pz IV, капля в море по сравнению с тысячей танков Т-34, сошедших с конвейеров СССР в том же месяце, 728 штурмовых орудий и 1123 самоходных орудия.