К новой Т-модели
Страница 1

Советский режим стартовал в Октябре 1917 г. захватом власти - актом, призванным насильственно направить ход истории в русло социалистической революции.

Когда же в сумятице неотвратимо последовавшей Гражданской войны социалистический порядок не возник сам по себе, историю пришлось подстегивать введением милитаризированной экономики "военного коммунизма" и первыми попытками "планирования". Однако эти начинания превысили пределы того, что могло выдержать разоренное войной общество, и потому первая попытка построения социализма сменилась в 1921 г. временным отступлением к полурыночной, полукапиталистической экономике нэпа. В этом чередовании "социалистического наступления" и частичного отступления к более нормальному обществу и содержится основной ритм советского эксперимента.

Этот ритм, однако, едва ли можно назвать равномерным, так как он делает резкий всплеск, достигая своей кульминации в период реального "построения социализма" в 1930-е гг. при Сталине. Когда в конце 20-х гг. минимальные уступки нормальности в рамках нэпа стали угрожать монопольной власти партии над страной, Сталин перешел к полной реализации первоначальной программы - отмене частной собственности и рынка в сельском хозяйстве и в промышленности, подчинению всей экономической жизни плану, а общества и культуры в целом - партии-государству и его полиции. Уже к началу 30-х годов советский социализм успешно уничтожил все самостоятельные силы в обществе и методично атомизировал его. Именно в этой сталинской "революции сверху" коммунизм подошел по своим возможностям максимально близко к воплощению в жизнь идеального типа тоталитаризма. Несмотря на известные оговорки, этого оказалось достаточно, чтобы создать дискомфорт для всех, кто жил при нем, и оставить вне подозрений законность приложения к нему понятия "тоталитаризм". Сталинский социализм совершенно очевидно превзошел и нацизм, и фашизм как по тотальности контроля над обществом, так и по продолжительности пребывания у власти.

Без сомнения, все это действительно представляло собой "развитие", урбанизацию и все остальное, приписывавшееся советской власти теорией модернизации. Однако эта "модернизация" была подчинена политическим целям коммунизма. Поэтому она и оказалась бесплодной. В рамках "модернизации" могли имитироваться и умножаться по команде партии индустриальные модели, заимствованные у Запада, но будучи командной структурой, она не обладала способностью усовершенствовать заимствованные и изобретать свои собственные модели. Это было нечто вроде грандиозного робота на службе "строительства социализма".

Именно это бесплодное, свойственное разве что роботу, качество советской системы стало причиной того, что после первоначальных успехов ее строительства в 1930-е гг. и победы во Второй мировой войне при наследниках Сталина начались стагнация и упадок режима. Поэтому после большого сталинского пика базовый ритм колебаний от жесткого военизированного коммунизма к его "мягкой", реформированной разновидности и обратно возобновился. Это произошло, однако, уже на нисходящей фазе существования системы. На этой стадии следовавшие одна за другой попытки либерализации постепенно разлагали систему, тогда как казалось, что они ее совершенствуют. Но вместе с тем эти усилия порождали иллюзии относительно способности коммунистической системы самореформироваться, что на время придало правдоподобие рассмотренным нами вариантам ревизионистской критики тоталитарной модели.

Попытка либерализации была впервые сделана при Хрущеве. (В период его правления советология тоже впервые обратилась к ревизионизму.) Однако проведенная им десталинизация серьезно дестабилизировала систему, и потому он был смещен. При Брежневе и Суслове советская система вернулась к мягкому, или рутинизированному, сталинизму, превратившись в командно-административную партократию без массового террора, но с новой "спокойной" идеологией. И эта стабильная и загнивающая советская система настолько отличалась от своей великой и грозной предшественницы, что сошла на Западе за авторитарный, с элементами плюрализма, режим, основанный на том, что получило несколько странное название "ассиметрично выгодного общественного договора" между партией и народом. Но эта загнивающая система делала советскую сверхдержаву все менее конкурентоспособной на международной арене, и потому потребовалась еще одна попытка либерального, реформистского коммунизма создать новую этику, возродить энергию и стимулировать нововведения. Таков был смысл горбачевской перестройки, гласности и демократизации.

В результате все, наработанное ревизионистской американской советологией за 25 лет, было отдано Горбачеву в знак уважения: в нем видели второе пришествие Бухарина, показатель зрелости современной советской системы, архитектора перехода от коммунизма к демократии. Но на сей раз реформа коммунизма зашла слишком далеко, чтобы можно было вернуться назад. Гласность дала людям возможность сказать открыто, что система обернулась неудачей и обманом, в то время как демократизация дала возможность бросить вызов партийной гегемонии. Поэтому когда аппарат предпринял в августе 1991 г. неизбежную для него попытку повернуть реформу вспять, его действия позорно провалились, и вся система рухнула в течение трех дней.

Страницы: 1 2

Восстановление и развитие промышленности
Восстановление народного хозяйства и частичная его перестройка на мирный лад началась еще с лета 1943 года – момента массового изгнания фашистов с оккупированных территорий страны. Основные положения программы восстановления и дальнейшего развития народного хозяйства были изложены в речи Сталина перед избирателями первых послевоенных вы ...

Отношения Швеции с Россией до начала интервенции в XVII веке
При рассмотрении русско-шведских отношений до начала Смуты в России, то есть до мая 1591 года, стоит обратить внимание на то, что между Швецией и Россией по итогам Ливонской войны, в июле 1583 года было заключено Плюсское перемирие на три года, по которому Швеция сохраняет все свои завоевания (Ивангород, Копорье, Ям и Корелу) и отбирает ...

СССР и страны-победители в решении германского вопроса
Важнейшей и сложнейшей проблемой послевоенного мирного урегулирования, дальнейших взаимоотношений великих держав являлся германский вопрос. Его решение осложнялось тем, что Германия была разделена на четыре зоны оккупации. Парижские конференции апреля 1946 года и Мирная конференция, проходившая в Париже с 29 июля по 15 октября 1946 год ...