Петр I – фигура противоречивая, сложная. Таким породила его эпоха. От своих отца и деда унаследовал он черты характера и образ действий, мировоззрение и замыслы на будущее. В то же время он был яркой индивидуальностью во всём, и именно это позволило ему ломать устоявшиеся традиции, обычаи, привычки, обогащать старый опыт новыми идеями и деяниями, заимствовать нужное и полезное у других народов.

Уже в раннем возрасте проявились присущие Петру черты характера: живость восприятия, неугомонность и неиссякаемая энергия, страстная самозабвенная увлеченность игрой, незаметно переходящая в дело. “Потешные игры” и английский бот не остались только игрой, а стали началом будущего грандиозного дела, преобразовавшего Россию.

Петр, будучи щедро одарённым природой человеком, имел влечение к любым видам техники и к самым различным ремеслам. За ручной труд он брался при всяком представлявшемся к тому случае. С детских лет он искусно плотничал, столярничал, малярничал. Пятнадцатилетний Петр увлекался прикладными математическими дисциплинами, в частности геометрией. С годами он приобрел необъятную массу технических познаний. Этот интерес у него сохранился на всю жизнь.

Так Петр и рос - сильным и выносливым, не боявшимся никакой физической работы. Дворцовые интриги выработали у него скрытность и умение скрывать свои истинные чувства и намерения. Зная кремлевские нравы, Петр так усыплял бдительность всех своих кремлевских недругов. Впоследствии это помогло ему стать незаурядным дипломатом.

Инженерные интересы Петра давали ему возможность изобретать новые принципы вооружения и тактические новшества. Знание баллистики навело Петра на мысль о принципиально новом виде открытой артиллерийской позиции - редутах, блестяще опробованных в Полтавской битве. Нарвская катастрофа заставила царя критически взглянуть на вооружение солдат: и он находит простейшее решение для привинчивания трехгранного штыка к стволу ружья пехотинца, сделав атаку русской пехоты задолго до Суворова основным тактическим приемом.

Петр Алексеевич не терпел непослушания, хотя и просил обращаться к нему «просто» и «без Великого», т. е. без постоянного титулования. Если не исполнялись его повеления, то расправу требовал суровую и показательную.

Личность царя очень сложна и противоречива, но при этом, он был очень цельной натурой. Во всех его начинаниях, порой очень противоречивых, было всё же рациональное зерно. Вся противоречивость характера Петра 1 проявилась во время строительства новой столицы – Санкт-Петербурга. С одной стороны, намереваясь встать твердой ногой на Балтике, Россия должна была получить опорный пункт и базу для флота. Но с другой – гибель тысяч людей в ходе строительства города показывает, какой дорогой ценой обходилось порой воплощение государственной воли царя. Не щадя себя, не умея беречь своё здоровье и жизнь он не жалел и своих подданных, легко жертвуя ими ради своих замыслов.

Не злой по натуре, он был порывист, впечатлителен и недоверчив. Не умея терпеливо объяснить другим то, что для него было очевидным Петр, встречая непонимание, легко впадал в состояние крайнего гнева и часто «вколачивал» истину сенаторам и генералам своим огромным кулаком или посохом. Правда, царь был отходчив и через несколько минут уже мог хохотать над удачной шуткой провинившегося.

Петр был способен переступить через личную неприязнь во имя интересов дела. Он был безразличен к нарядам и не любил официальных приёмов, на которых должен был носить горностаевую мантию и символ царской власти.

Его стихией были ассамблеи, где присутствующие обращались друг к другу запросто без титулов и званий, пили водку, черпая её глиняными кружками из банных ушатов, курили, играли в шахматы и танцевали.

Пётр обладал выдающимся дипломатическим талантом. Он искусно владел всеми классическими приёмами европейской политики, которые в нужный момент легко «забывал», вдруг перевоплощаясь в загадочного восточного царя. Он мог неожиданно поцеловать в лоб ошеломлённого собеседника, любил использовать в своей речи народные прибаутки, ставя в тупик переводчиков, или же внезапно прекращал аудиенцию, сославшись на то, что его ожидает жена. Внешне искренний и доброжелательный русский царь, по мнению европейских дипломатов, никогда не раскрывал своих истинных намерений и потому неизменно добивался желаемого.