О том, что демократическая интеллигенция может и должна сыграть в русской истории особую и, несомненно, прогрессивную роль, подобную той, что в средневековой Западной Европе выпала на долю молодой буржуазии, народнические теоретики заговорили примерно с рубежа 1860-1870-х гг. К этому времени под влиянием либеральных реформ (прежде всего в области просвещения) в России появляется относительно многочисленный слой разночинской интеллигенции. Разрыв с традиционным укладом жизни своих отцов и неустроенность нового (по сути маргинального) положения, по причине культурной отсталости России, сделали эту новоиспеченную интеллигенцию чрезвычайно восприимчивой к идеологиям радикального толка. К последним относилась и народническая доктрина, обещавшая "умственному пролетариату" стопроцентную занятость при условии немедленной демократизации страны. Одной интеллигенции разрешить эту "сверхзадачу" было не по силам. Но она могла ускорить ход социального прогресса в России, "приобщив" к нему подлинного демиурга истории - его величество русский народ. Так, по крайней мере, учили своих последователей родоначальники русского народничества А.И. Герцен, Н.Г. Чернышевский и Н.А. Добролюбов.
Изменение представлений образованной молодежи о своем общественном предназначении, которое отныне выходило за рамки ее профессиональных обязанностей, способствовало появлению в первой половине 1870-х гг. специфически русского понятия "интеллигенция". Во всех современных европейских языках термин "интеллигенция" (от лат. intelligens - знающий, понимающий, разумный) означает работников умственного труда со специальным высшим образованием - педагогическим, медицинским, юридическим, художественным, техническим и т.п.
В интерпретации теоретиков народничества, настоящая "русская интеллигенция" - это совершенно особая социальная группа, отличающаяся от остального населения своим бессословным происхождением, определенным (критическим) типом мышления и особой альтруистической моралью[6].
Главным критерием принадлежности к новой русской интеллигенции выступала деятельность в пользу общества, стремление к совершенствованию существующего порядка, к уничтожению всяких привилегий во имя идеи всеобщего блага и процветания, а не ради своих личных или "карманных" интересов. "Выдвинутая процессом истории и дошедшая до сознания гражданских своих обязанностей, - писал о разночинской интеллигенции С.Н. Кривенко, - она отдает себя всецело общественному делу и, прежде всего, думает об этом деле, а не о себе, своем брюхе". Интеллигенция "постольку и существует, поскольку нужна народу, и до тех пор существует, пока в ней имеется необходимость, как в отдельной, дифференцированной силе . ". Со временем, когда в самом народе создастся могучее движение к социальному, политическому и культурному переустройству страны, интеллигенция должна была влиться в его ряды и служить новой России посредством честного исполнения своего профессионального долга.
Наделяя демократическую русскую интеллигенцию такими идеальными качествами, как критическое мышление, т.е. осознание необходимости радикальных общественных преобразований, желание служить народу и бороться за его дело без всяких личных расчетов, могучее чувство сострадания ко всем униженным и оскорбленным, народнические публицисты прекрасно понимали, что "немного у нас такой интеллигенции". "Деятельность ее, - как замечали "Отечественные записки", - только . начинается, но такова именно новая интеллигенция, которой предстоит сыграть историческую роль .".