Детство
Страница 2

Ребёнок уже слышал пересказ «Рамаяны» и знал об ужасных несчастьях, постигших Ситу, перешагнувшую за пределы круга, который начертил вокруг неё Лакшмана. Поэтому он оставался на месте, не решаясь подняться, даже когда слуга пропадал надолго.

Роби смиренно покорялся «тирании прислуги», но лишь потому, что его безграничный интерес к окружающему миру делал привлекательными самые обыденные вещи, а крылья живой фантазии взлетали, даже скованные начертанным меловым кругом.

В школу он пошёл очень рано. Для обучения чтению и письму был нанят домашний учитель, однако эти занятия продолжались недолго. Когда мальчик узнал, что его старший брат и один из его племянников (сын самой старшей его сестры) ездят в школу в коляске, он поднял рев, требуя и для себя такой же привилегии.

Первая его школа называлась Восточная семинария. Рабиндранату никогда не удавалось вспомнить, чему его там учили, но искусные способы наказания, с помощью которых учителя вдалбливали знания в учеников, оставили глубокий след, как в его сознании, так и на теле. Приходя из школы, он изливал свой гнев и страх на деревянных столбиках веранды, по которым ожесточённо колотил палкой, представляя себя учителем, а их учениками.

В выходные дни он мог распоряжаться временем по своему усмотрению, и в полуденные часы, когда приставленный к нему слуга уходил пообедать и отдохнуть, мальчик находил убежище в старом, заброшенном паланкине бабушкиных времен, который носил ещё следы былого богатства семьи. Между остававшимся без присмотра мальчиком и никому не нужным паланкинам установились тайные узы дружбы и доверия. Удобно устроившись за задёрнутыми шторами, укрытый от любопытных взглядов, он давал волю своей фантазии.

Через некоторое время, когда Роби ещё не было семи лет, его приняли в другую школу, которая считалась образцовой, созданной по британским стандартам. Единственное, что запомнилось ему в этой школе,- это сквернословие одного из учителей, которое глубоко возмутило мальчика, да обязательное пение хором английской песни перед началом уроков, «по-видимому, попытка внести элемент радости в тягучую повседневность». Бенгальские мальчики не могли ни понять английские слова этой песни, ни запомнить непривычную для них мелодию. Единственная строчка из неё, которую Тагор мог вспомнить, представляла собой бессмысленный набор звуков.

В возрасте семи лет Роби написал своё первое стихотворение. Однажды двоюродный брат Джоти, который был на шесть лет старше, привёл его в свою школу и предложил написать стихотворение, объяснив, что нет ничего проще: достаточно заполнить словами четырнадцатисложный размер, и слова превратятся в стихи. Так мальчик нетвёрдым почерком написал свои первые строки популярным в Бенгалии размером «пояр».

Однако опыт стихотворства оказался заразительным. Мальчик приобрёл синюю тетрадь и стал записывать свои стихи. «Как молодой олень, который всюду бьёт своими свежевыросшими, ещё зудящими рогами, я стал невыносим со своей расцветающей поэзией».

Синяя тетрадка заполнялась стихами. Слава о них дошла до его учителя, и он однажды послал за маленьким Роби и приказал ему переложить стихами какое-то поучение. Когда мальчик на следующий день принёс стихи, его заставили прочесть их вслух пред всем классом. «Единственное достоинство этого произведения было в том, что оно вскоре потерялось»,- вспоминал Тагор. «Его воздействие на класс было далеко от высокоморального. Оно вызвало только зависть и недоверие. Все утверждали, что стихи я откуда-то списал. Один ученик даже вызвался показать книгу, из которой были украдены эти стихи». Свои ранние опыты поэт впоследствии сравнил с цветами дерева манго, впервые распускающимися в конце зимы и обречёнными на увядание и забвение.

Однажды Рабиндраната вызвал отец и спросил, не хочет ли он сопровождать его в Гималаи. Мальчик заплясал бы от радости, если бы не трепетное почтение к отцу. Следующие несколько дней прошли в волнующих приготовлениях, и, наконец, настал день, когда нарядно одетый мальчик вместе с отцом отправился навстречу первому в своей жизни великому приключению.

Первая остановка у них была в Шантиникетоне, ныне знаменитом международном университетском центре, а в те времена никому не известной деревеньке. Там Роби впервые имел возможность столь близко общаться с отцом, и эти дни, вероятно, были наиболее важными в умственном и духовном формировании мальчика. К тому же здесь он получил полную свободу в общении с живой природой, которую всегда так любил, находя в ней бесконечное наслаждение.

Страницы: 1 2 3

Последние работы русского историка
Из специальных курсов Ключевского напечатана уже по смерти его "История сословий в России" в 1913 году. Получил распространение в литографированном издании его курс "Терминология русской истории". Общество Истории и Древностей при Московском университете посвятило памяти Ключевского 1-ю книгу своих "Чтений" ...

История
И наконец, что же происходило с прародительницей всех общественных наук - историей? Да примерно то же самое, потому что старейшая социальная дисциплина была в "бихевиористскую эру" глубоко модернизирована новыми общественными науками. Исторические труды по-прежнему соблюдали хронологическую последовательность в изложении событ ...

I период новой истории (нач. XVI – 60-ые гг. XIX вв.)
Период охватывает время формирования в Западной Европе и Северной Америке индустриального (капиталистического) общества, дающего человеку возможность наиболее полной самореализации. В этот период люди изобрели мотор, машину, пароход, паровоз, железную дорогу, дизель, мартеновскую печь, авиацию, телефон, радио, телевидение, электрический ...