А тем временем кризис в стране становился все глубже, но выход из него искали не в сплочении вокруг югославянской идеи, что было бы естественнее всего, а в разработке политики, которая вела к абсолютизации административного деления государства. В этом направлении были приняты важные конституционные изменения, после принятия которых, только авторитет «вождя и учителя» оставался единственной сплачивающей сообщество силой». А ведь именно этот вождь инициировал и осуществлял реформу федерации, добавившей государству существенные признаки конфедерации: паритет членов федерации во всех федеральных органах и консенсус при принятии федеральных решений. Таким образом, к началу семидесятых годов все более обострялись национальные отношения, все более явной становилась тенденция к дезинтеграции, распаду Югославии. Причем, необходимо, на мой взгляд, подчеркнуть тот факт, что такая тенденция стала возможн6ой во многом благодаря политике руководства. Едва ли те меры, которые предпринимало правительство, способствовали сохранению единства государства и разрешению национальных проблем. Скорее наоборот они приводили к анархии. Утратила актуальность объединяющая народы Югославии идея (борьба с фашизмом), а правительство не смогло предложить новую, да и не пыталось, по-моему. Все проблемы пытались преодолеть путем предоставления большей самостоятельности республикам и краям, что никак не могло способствовать сохранению единства югославян.

В 1974 г была предпринята новая попытка разрешить существующие национальные проблемы, но снова неудачная. Была принята новая конституция СФРЮ. Верховным органом государственной власти и общественного самоуправления объявлялась Скупщина СФРЮ, которая состояла из двух палат: Союзного Веча и Веча республик и краев. Оба Веча совместно должны были выбирать председателя Скупщины СФРЮ и его заместителей, председателя и членов союзного исполнительного веча (правительства). Однако основной особенностью конституции 1974 г. было еще большее сужение экономических и политических функций федерации при усилении роли и прав республик и краев. Конституция определяла югославянскую федерацию как «государственное содружество добровольно объединившихся народов и их республик, а также социалистических автономных краев Воеводины и Косово». Была подтверждена государственность республик и краев, которые должны были сами выполнять многие функции федерации на основе взаимных соглашений. Республиканским органам отводилась главная роль при решении большинства экономических кадровых вопросов. Таким образом, по конституции 1974 г. Югославия приобрела ряд черт конфедеративного устройства. Но на самом деле это был новый фатальный шаг в сторону ослабления государства. Новая конституция существенно укрепила суверенитет республик и автономных краев, более того края в составе Сербии во многом имели высший статус, чем сама республика. В то же время они стали и конститутивными элементами союзного государства. По конституции каждый народ имел право на самоопределение вплоть до отделения. Новая конституция ускорила процесс дезинтеграции страны. Вначале курс на дезинтеграцию был выражен не так ярко, поскольку и централизованная коммунистическая организация и союзная политическая бюрократия под руководством Тито сохраняли связи на уровне единого целого. На сцене все еще оставались три главные опоры единомыслия: Тито, самоуправление и политика неприсоединения. Но это уже не могло остановить начавшийся процесс дезинтеграции, а лишь делало его на некоторое время менее заметным. Новая конституция предоставила всем антисербам юридические возможности для самоутверждения за счет содружества. Защита государства сербами представлялась как защита гегемонии. Меньшинствам в Сербии было предоставлено больше прав, чем сербам, а в Хорватии о правах местных сербов нельзя было и заикнуться. Конституция открыла путь к быстрой дезинтеграции Югославии.