Югославская национальная структура, объединяющая очень родственные, единые в этноязыковом отношении народы требовала интернационализма в политике, это было разумно еще и потому, что путь интернационализма был основным идеологическим лозунгом Коминтерна и КПЮ. Но Тито придерживался не интернационалистических постулатов, а федерального хорватско-националистического курса, который после войны закрепился в конституционно-государственных формах. Некоторое время его сущность скрывалась за централистским устройством государства под девизами о «пролетарском интернационализме» и «братстве и единстве». Создавалось впечатление, что национальный вопрос и федеральное устройство не играют главной роли. Но это была только искусно созданная иллюзия. Уже в 60-е гг. усилился конфликт между сторонниками сильного государства и сторонниками децентрализации. Со временем кризис национальных отношений становился все глубже. На совместном заседании руководителей федерации и республик 14-16 марта 1962г. было констатировано, что он грозит обернуться распадом страны. Но все же под давлением католической части страны (Загреба и Любляны) выход был найден в предоставлении республикам еще большей самостоятельности. Это решение закрепила принятая 7 апреля 1963г. Конституция, согласно которой государство получило новое название: Социалистическая Федеративная Республика Югославия (СФРЮ). Таким образом, сама СФРЮ возникла как некий компромиссный, причем не самый удачный, выход из складывавшегося национального кризиса. Ослабление роли центра и усиление роли республик и краев не могло не привести к распаду Югославии. Все последующие меры были направлены на то, чтобы сохранить целостность Югославии, но едва ли эта цель была достижимой в сложившихся условиях. В итоге все предпринятые меры привели только к тому, что распад государства был отсрочен на несколько десятков лет. После мартовского (1963г.) пленума исполнительного комитета ЦК СКЮ и внесения в 1963г. существенных конституционных изменений республики приобрели еще большую независимость и на хозяйственном уровне и на уровне общественно-политических организаций. Но идеи и практика самоуправления все чаще сталкивались, вызывая анархию.

Вообще национальный вопрос был впервые поднят в Титовской Югославии в 1964г. на 8 съезде СКЮ. О национальном вопросе впервые было сказано как об открытом вопросе. Была высказана мысль, что централизм в экономике, кроме всего прочего, не соответствует принципу равноправия наций, что каждая нация должна сама распоряжаться своими национальными доходами. Едва ли можно считать, что такой подход целесообразен в условиях обостряющихся национальных противоречий, он не мог их сгладить, а скорее приводил к еще большей конфронтации. С одной стороны подобный подход мог оградить от военных столкновений, но с другой он способствовал отдалению народов друг от друга, утрате экономических взаимосвязей и как следствие развалу общеюгославской экономики на национальные, республиканские экономики и экономическому кризису, что накладываясь на национальные противоречия еще больше усугубляло общую ситуацию в стране. Но правительство видело все выходы из национального кризиса не на пути объединения вокруг общей югославянской идеи, а на пути предоставления республикам и краям все большей самостоятельности. Так в 1971г. были приняты поправки к конституции, которые значительно расширили суверенные права республик и краев за счет федерации. Однако эти поправки никак не разрешили остроты национального вопроса. Автономные края в границах Сербии (Косово, Метохия и Воеводина) получили права конститутивных элементов союзного государства. В то же время, было отменено Дополнение 3 к Конституции 1963г., в результате чего исключалась возможность формирования автономных областей в границах Хорватии (например, Далмации, Сербской Краины, Славонии и Дубровника). Это был явно антисербский акт. Таким образом, правительство предприняло еще один шаг, ведший к дезинтеграции. И в конце 60-х и 70-х гг. дезинтеграция югославского государства ускоряется.