Следует отметить, что антирусские настроения не являются доминирующими сегодня в турецком обществе, – многое гасят растущие экономические связи – хотя подозрительность в отношении поведения северного соседа часто высказывается открыто, особенно когда речь заходит о наличии российских войск на армяно–турецкой, грузино–турецкой границах. Недовольны турки и тем, что начиная ощущать себя крупной региональной державой, а теперь и лидером тюркского мира, они не видят со стороны высших властей России того внимания, на которое они хотели бы рассчитывать. Прочной базой российско–турецкого сотрудничества являются торгово–экономические связи. Вместе с тем часть политологов националистического толка стремится поддерживать на "должном" ,по их мнению, "уровне" националистические антирусские чувства – может быть даже не столько у турок, сколько у интеллигенции тюркоязычных независимых государств и некоторых республик России. Высокой бывает порой шовинистическая, антирусская тональность и в докладах и дискуссиях, на встречах представителей тюркских народов, в статьях, книгах, предназначенных для потребления "братьями–тюрками". Российская политика в отношении тюрок подвергается, как правило, жесткой критике, возникает у объективного читателя подозрение в том, что некоторые авторы намерены поддерживать у него, если он тюрок, вечную подозрительность и даже некий синдром вечной враждебности к русским. Мысль – "Мы – родня, они – чужие" грубо или деликатно звучит в некоторых речах и статьях. Активно используются в качестве пугала некоторые высказывания Жириновского, который иногда подается чуть ли не продолжателем дела Ивана Грозного, взявшего Казань и начавшего таким образом империалистическую вековую войну против тюрок.

Даже Демирель, опытный и осторожный политик, не в состоянии иногда удержаться от политизации "родственных связей" и тонкого противопоставления России Турции перед тюркскими республиками. Газета "Джумхуриет" опубликовала отрывки из беседы ее корреспондента с Демирелем в Бишкеке, где в августе 1995 г. состоялась его встреча с руководителями ряда тюркских государств. Заголовок гласил – "Освобождайтесь от зависимости". Приводятся пассажи из заявлений Демиреля: "Россия не должна испытывать беспокойство по поводу нашего сотрудничества", "изменить родство не может никто", "доставка природных богатств, которыми владеют тюркские республики, на мировые рынки через территорию Турции имеет свою особенность – это спасает названные страны от вероятной зависимости".

Любопытна и подчас искренняя убежденность – у простого турка, "человека с улицы", и у многих интеллигентов – в том, что нет двойного стандарта в их подходе к оценке событий в Чечне и Турецком Курдистане, в "русском империализме" и турецкой оккупации Северного Кипра, и т.п. Любопытно и другое – когда турок приезжает в Европу, он вынужден забыть о своем шовинизме, начинает подчас ощущать себя человеком второго сорта – не без помощи местных националистов, прежде всего германских, которые устраивают погромы и поджоги в турецких кварталах. На конец 1993 г. вне Турции постоянно проживало 3,5 млн. турок, в том числе в Западной Европе – около 3–х миллионов (из них около 2–х млн. в Германии). Турки давно поселились здесь семьями, иногда смешанными, их дети забывают родной язык, но мало кто стремится уехать обратно в Турцию, где высока безработица, намного ниже уровень жизни. Только в Германии насчитывается 37 тыс. рабочих мест (как правило, небольших), принадлежащих турецким владельцам. Это тоже европеизация, но она является скорее добровольной ассимиляцией.