Десять лет процарствовал гуляка Исаак Ангел на беду греческого царства, которое впало в прежние бессилие и испорченность. Враждебные народы на Востоке и с Дунайской области, которых Комнены сдерживали своей мощной рукой, теперь выродились в грозную силу. В то время как сельджукские турки проникали в Малой Азии все дальше на запад и пытались достигнуть Геллеспонта, на Балканском полуострове опять возникли два воинственных славянских государства. Сербов еще в 1160 г. краль Стефан Неманья объединил в особое царство, которое от своей столицы Расса (Новый Базар) получило наименование Расции. В 1186 г. возмутились между Дунаем и Балканами болгары, доведенные до отчаяния невыносимым гнетом налогов. Они соединились с дако-романскими племенами валахов в Фессалии и восстановили царство Самуила под главенством царя Асана. Столицей их сделалось Тырново.
На предпринятом против этого народа военном походе и утратил Исаак Ангел в апреле 1195 г. владычество. Собственный брат изменил ему, пленил его, ослепил и заточил совместно с сыном в Константинополе, а сам вступил на престол под именем Алексея III.
К новому императору обратился Михаил Акоминат с памятной запиской, в которой предстательствовал за Афины Он изобличал постыдные вымогательства преторов, которые вместе со своей свитой, словно завоеватели, грабили город и страну; жаловался на жадность сборщиков податей, которые ради составления индикци-онных описей или нового кадастра вымеривали поля с кропотливой точностью и пересчитывали чуть ли не все листья на деревьях и волосы на головах афинян. Последствием же фискальных угнетений, как указывал Михаил, явится массовое выселение. Это опасение было не преувеличено, ибо не один город и селение в греческом царстве обезлюдели благодаря бегству их населения, доведенного до отчаяния. Целые греческие общины, по утверждению Никиты Акомината, выселились к варварам, чтобы там и основать селения.
В то же время греческие провинции более чем когда-либо терпели муки от корабельного налога, раскладку коего производили императорские чиновники, хотя собирание налогов по закону входило в круг ведомства логофета дрома или генерал-почтмейстера империи. Граждане и поселяне должны были вносить произвольно налагаемые на них суммы на предмет снаряжения военных судов, которые даже не строились вовсе. Так, напр., Афины принуждены были выплатить штраф, когда состоялось распоряжение о постройке флота, причем, однако же, нигде галер построено не было по той причине, что чиновники утаили собранные деньги у себя. Греческое правительство, очевидно, видело в корабельной подати лишь удобное средство для поправления финансов, рассудив, как впоследствии Монтескье, что обширные флоты лишь истощают государство и, подобно многочисленным сухопутным войскам, по общему правилу, пользы не приносят Предлогами же для вымогательства корабельной подати служили разбойничьи набеги корсаров, особенно пресловутого генуэзца Гаффоре, против которого византийское правительство подрядило для борьбы с ним бывшего морского же разбойника, калабрийца Джиованни Стирионе, а этот, в свою очередь, насилием добывал сборы в свою пользу с Афин и других приморских городов