В связи с началом развития парового флота остро встал вопрос о создании кадров судовых механиков и машинистов, но он долгое время не находил удовлетворительного решения. Проблему не решали ни посылка некоторого числа офицеров на стажировку за границу, ни прием на службу иностранцев по вольному найму. Последняя мера представляла прямую опасность для боеготовности флота, на что еще в 1847 г. В. А. Корнилов указывал в своем рапорте адмиралу М. П. Лазареву: в случае разрыва с Англией паровые суда рисковали оказаться на приколе из-за потери механиков и машинистов. Даже в самый канун войны с Англией, в начале 1854 г., на некоторых военных пароходах механиками плавали вольнонаемные англичане. Лишь в 1854 г., наряду с другими корпусами флотских специалистов, был, наконец, создан корпус инженер-механиков. Специалистов для него, как и для корпуса корабельных инженеров, готовили в кондукторских ротах учебных морских экипажей. Постоянного же органа управления службой инженер-механиков в составе Морского министерства в тот период так и не создали. На Балтике существовал лишь учрежденный в 1842 г. Комитет о построении военных пароходов. Должность главного инженер-механика флота появилась лишь в 1860 г.
По данным известного военного историка А. М. Зайончковского, штатная численность личного состава российского флота к началу Крымской войны равнялась 90 ООО человек, списочная численность в 1853 г. составляла 90 985 человек: на Балтийском флоте — 2275 офицеров и 50 571 нижний чин, на Черноморском флоте — 1472 офицера и 36 667 нижних чинов. В «Памятной книжке морского ведомства на 1853 г» приводятся несколько иные данные по рядовому составу — 50 628 человек на Балтийском и 35 670 на Черноморском флоте. Эти данные, однако, являются вполне сопоставимыми, различия могут зависеть от месячных колебаний численности (смертность в госпиталях, увольнения в отставку и т. д.).
Необходимо сказать несколько слов об управлении флотом. П. Кириллов абсолютно прав, говоря в упомянутой выше статье о ненормальности положения, когда накануне войны во главе Черноморского флота оказался абсолютно не подготовленный к этому человек, к его чести понимавший свою некомпетентность, призванный из отставки 75-летний старик, вице-адмирал М. Б. Берх. К тому же он был назначен не главным командиром, а исполняющим должность главного командира Черноморского флота и портов, что свидетельствовало о временности его назначения. Но со времени кончины адмирала М. П. Лазарева до начала Крымской войны прошло уже более двух лет! Как долго могла существовать эта временная мера? Фактически Черноморским флотом командовал талантливый и энергичный начальник штаба флота вице-адмирал В. А. Корнилов. Но его положение оказалось незавидным. Не говоря уже об ущемленном честолюбии адмирала, он не мог не понимать, что фактически постоянно превышает свои служебные полномочия, и это не могло не угнетать его.
Казалось бы, ситуация с руководством Черноморским флотом в условиях быстрого нарастания военной угрозы запуталась уже достаточно. Но нет.
К лету 1853 г. командующим сухопутными и морскими силами в Крыму был назначен энергичный, но малокомпетентный и к тому же не терпевший инициативы подчиненных адмирал А. С. Меншиков, сохранивший за собой и пост начальника Главного морского штаба. И над всей этой конструкцией возвышалась фигура императора, начавшего в последний момент перед войной менять предварительные планы и исхитрившегося сочетать меры, которые явно говорили о намерении России начать войну с выжидательной тактикой! Необдуманно сказав «А», он никак не решался произнести «Б» и другие буквы алфавита.