Торговля Московского государства со Средней Азией XVI-XVII вв.
Страница 9

Исторические материалы » Внешняя торговля России в X-XVII вв. » Торговля Московского государства со Средней Азией XVI-XVII вв.

В этих известиях о построении нового города находим мы последнее подтверждение для установленного нами географического местоположения Караганской пристани. В отрывке из статейного списка русского посланника Василия Даудова, бывшего в Хиве и Бухаре в 1675-1677 гг., в этом отношении особенно показательны следующие слова аталыка хивинского хана Ануши: "а лутчи де всех и ближе и податнее торговым людем с товары ездить на Караганскую пристань, только изволит великий государь город построить на Караганской пристани на Сарташском бугре, а тот де бугор на берегу моря у бусного пристанища". В расспросных речах хивинского посла Ходжа-Ибрахима в 1690 г. место это характеризуется, как низменное - "травных мест множество и скотину всякую прокормить будет чем", - что также вряд ли говорит против определенного нами пункта нахождения этой пристани.

Под Назаровской же пристанью следует разуметь, повидимому, позднее известную под другим названием - Мангышлакскую пристань, находившуюся в заливе того же наименования, несколько правее Караганской. По крайней мере на картах восточного побережья Каспийского моря еще начала XIX века в этом именно районе, несколько севернее этой пристани, обнаруживается Назаровское ущелье, откуда может быть и ведет свое происхождение первоначальное название этого пристанища - Назаровское.

Местонахождение третьей мангышлакской пристани - Седеевской пока не поддается определению за отсутствием в наших руках каких-либо даже косвенных данных.

Весь только что описанный морской путь от Астрахани до мангышлакских пристанищ покрывался в зависимости от погоды в продолжение от двух до восьми дней; а на степные дороги от них в Хиву и Ургенч приходилось от трех недель до 30-35 дней, а до Бухары - 4 недели.

Поздней осенью, когда на море устанавливались по тогдашнему выражению "погоды великие", или когда оно делалось неспокойным от появлявшихся на нем разных "воровских" людей, в течение всего путешествия пользовались исключительно степными путями; они же служили торговым караванам и в зимнее время, особенно "по последнему пласту, как снеги большие поубудут и лед на реках не прошел", так как в это время передвижение по ним менее всего подвергалось опасности от всяких нападений; наконец, часто избирались они и потому, что собиравшиеся из ханств большие торговые караваны не умещались на то ограниченное количество государевых бус (от 3 до 7), какое ежегодно прибывало на мангышлакские пристанища из Астрахани.

И если может быть были вполне основательны жалобы хивинских купцов на русских, в своих коммерческих выгодах подговаривавших иногда начальных людей государевых бус не разрешать им грузиться на последние, и тем самым заставлявших их распродавать почти все свои товары за бесценок, чтобы не везти обратно, то, с другой стороны, возможно, что часто основанием этого раззорительного для среднеазиатских торговцев запрещения были и действительно объективные причины. Недаром в известные моменты хивинские ханы в своих грамотах сами просили об увеличении ежегодного бусового транспорта между Астраханью и Мангышлаком и даже добивались общего урегулирования по-видимому наболевшего вопроса, путем постоянного согласования в дальнейшем ежегодной отправки бус на Мангышлакский полуостров с требованиями и запросами среднеазиатских властей. Но если принять во внимание, что надлежащих по прочности и постоянных морских судов не было в распоряжении астраханских воевод, которые почти к каждой отправке должны были заготовлять новые бусы, и если учесть еще то обстоятельство, что они вынуждены были всегда дожидаться сбора в Астрахани прибывавших с верха русских купцов, отправлявшихся за море, то становится понятным, что наладить правильные и согласованные рейсы было по объективным условиям того времени почти невозможным. Между тем открытые степные дороги, при всех их больших минусах, обладали одним неоспоримым преимуществом: они нисколько не ограничивали ни числа людей, ни числа товаров. [24]

Поэтому несмотря на то, что мангышлакские пристани, путь к которым тоже не всегда был свободен от возможных нападений со стороны туркмен, лежали ближе к московским рубежам и дальнейшая дорога от них к Астрахани была более безопасной, все же главная масса торговых грузов направлялась не через них, а степями и песками современного Туркестана и Казакстана; по крайней мере для торговых операций среднеазиатских купцов-тезиков это представляется почти бесспорным фактом, потому что ежегодно в открытых и обширных степях Средней Азии можно было наблюдать картину далеко растянувшихся между степными урочищами и колодцами торговых караванов в количестве от 300 до 400 возов или телег.

Страницы: 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

Становление и развитие раннефеодального государства
В первой трети Х—XII вв. Германия представляла собой относительно единое государство. Слабое развитие феодализма, внешняя угроза и активная политика централизации первых германских королей способствовали утверждению раннефеодальной монархии, временному усилению королевской власти. Королям удалось создать государственные объединения из п ...

Отмена крепостного права.
3 января 1857 года был образован секретный комитет «для обсуждения мер по устройству быта помещичьих крестьян», но так как он состоял из ярых крепостников, то действовал нерешительно. Однако, через некоторое время, заметив, что крестьянское недовольство не утихает, а напротив, нарастает, комитет вплотную преступил к подготовке крестьян ...

Собор 1666-1667 годов
С самого начала церковной «реформы» активное участие в ней принял царь Алексей Михайлович. Он не только поддержал все начинания патриарха Никона, но и сам инициировал и контролировал ход событий. Так, во время собора 1658 года, объявившего двуперстие «Несториевой ересью», Алексей Михайлович голосовал за все решения первым. Тем самым он ...